Не пишите в комментарии и отзывы всякую рекламу, она не появится,так как они модерируются.

Добавлен материал Холмогоры про концлагерь 1918 года 10.03.19

Еще имеем в себе силы

Исключительные гости встретились с президентом Рафал Зайяц. По случаю 100-летия Польского общества инвалидов он встретился с ветеранами польской армии. Полковники Евгений Анкутович и Ян Юркевич представили свои военные награды. Было много воспоминаний о трудных временах войны, но также и слова, полные надежды на будущее. - Встреча с государством - это настоящая честь. Спасибо за интересный разговор. Военные воспоминания чрезвычайно трогательны, особенно когда они касаются личного опыта. Ваша военная служба заслуживает самого высокого признания, - сказал президент Рафал Зайц. Полковник Евгений Анкутович является президентом Польского союза инвалидов. Он родом из Комарно во Львовской области. Его отец был сержантом польской армии. Семья полковника Анкутовича подверглась репрессиям со стороны НКВД. Он начал свою военную службу в 1943 году, когда он присоединился к 1-й танковой бригаде Героев Вестерплатте. Он участвовал, среди прочего, в боях за Варшавскую Прагу и форсирование Нисы Люжицкой.Демобилизовался он 1976 году. Полковник Евгений Анкутович был награжден Крестом Доблести, Серебряным Крестом Заслуги, Серебрянной Медалью Заслуженных в области Славы, Медалью за Варшаву 1939-1945 и Рыцарским Крестом ордена Полонии Реституты.

Военная комендатура города Штеттин

История военной комендатуры города Штеттин еще ждет своего исследования, поскольку даже в архиве министерства обороны толком не знают, были ли такие дела.На обложке описи четко красным написано, что начиная с 15 марта 1945 года по 22 апреля 1945 года опись отражала дела этой военной комендатуры. Но Штеттин был взят нашими войсками только в конце апреля и получается , что военная комендатура Штеттина с марта по апрель существовала только на бумаге, и подготавливалась впрок.И только начиная с конца апреля было изменено местоположение или название дела на район Бернау Берлинского округа провинции Бранденбург. Внутри описи уже не видно дел до мая 1945 года.Возникает вопрос- а куда же исчезли дела комендатуры г. Штеттина, когда военным комендатом там был полковник Федотов. Получается, что эти дела исчезли, что довольно странно, так как имеется очень много воспоминаний президента Щецина Зарембы о том времени, в которых описывается большой объем работы, проведенной управлением города и военной комендатурой в это время.В самом Щецине в архиве города дел военной комендатуры нет, они утверждают, что все архивы забрали русские.В Подольске их тоже нет.Куда же они могли деться? К сожалению в Подольске не позволяют познакомиться с донесениями военных комендантов, в которых можно было бы найти и донесения военной комендатуры Штеттина, а это как раз время, когда военным комендантом там был мой отец с 22.08.45. Дело с перепиской лиц ,задержанных, дезертировавших и материалы дознания объемом 756 страниц было уничтожено сразу как только рассекретили, а может быть и до того, чтобы не повадно было.Вот такая она, наша история, которую уничтожили ради благих целей.

Опись дел военной коменндатуры

Опись дел военной коменндатурыОпись дел военной коменндатуры

Битва за Баутцен

Материал взят с сайта

https://warhead.su/2018/05/08/voysko-polsko-berlin-bralo-ili-polskiy-vklad-v-pobedu

Трагедия при Баутцене

2-я польская армия была сформирована лишь в январе 1945 года. И в отличие от 1-й толком не имела опытных подразделений. Тем не менее её командование и личный состав жаждали участвовать в предстоящем штурме. И поначалу всё шло неплохо. Польские войска двинулись в наступление вместе с советскими, форсировали реку Нейсе и на полпути к Дрездену вместе с частями 52-й армии РККА взяли город Баутцен. Вот только на юге от Баутцена уже разворачивались наступательные боевые порядки группы генерал-фельдмаршала Фердинанда Шёрнера (остатки 4-й танковой армии вермахта): 300 танков и 50000 человек. Это была сборная солянка из опытнейших ветеранов и фольксштурма (отряды народного ополчения, созданные в последние месяцы Второй мировой войны для отражения натиска союзников. — Прим.ред.). Им противостояло до 90 000 поляков и несколько тысяч советских воинов при тех же трёх сотнях танков. Удар был неожиданным и страшным. В лучших традициях панцерваффе немцы ворвались мобильными группами в разрывы боевых порядков польской армии и советских войск. Из только что занятого Баутцена немцы выбили 254-ю стрелковую дивизию РККА и окружили 294-ю стрелковую к востоку от неё. Нарушили коммуникации и рассекли 2-ю армию Войска Польского на четыре части. В бою погиб командир советской 254-й дивизии генерал-майор Путейко, значительная часть 294-й дивизии была уничтожена. Среди поляков самые тяжёлые потери понесли 5-я пехотная дивизия и 16-я бронетанковая бригада. Немецкие танки едва не уничтожили штаб их 5-й дивизии. При этом погиб командир соединения Александр Вашкевич. А бронетанковая бригада практически перестала существовать — только погибшими она потеряла 1000 человек из 1300. Не оценив сразу масштаб и суть происходящего, польский командарм Кароль Сверчевский первое время пытался продолжать наступление на Дрезден. Это только увеличило неразбериху и потери. В довершение всего, Сверчевский умудрился потерять связь с командованием фронта и лично маршалом Иваном Коневым. Впечатлённый масштабами разгрома, командующий фронтом отстранил Сверчевского от обязанностей по причине некомпетентности. 2-ю армию Войска Польского возглавил советский генерал Владимир Костылёв из штаба Конева. На помощь терпящим тяжёлое поражение польским силам бросили восемь советских дивизий. Включая 4-й гвардейский танковый корпус и 2-й воздушный корпус с его штурмовой авиацией. К вечеру 24 апреля наступательный порыв немецкой группы Шёрнера иссяк под контрударами советских войск и атаками штурмовиков. Немалую роль сыграла и оборона приходящих в себя польских дивизий. Обнаружив невозможность продолжать наступление, немецкий фельдмаршал начал отвод своих войск к Праге. 2-я польская армия потеряла более 18000 человек и не менее 200 танков. И, хотя сражение при Баутцене иногда считается советско-польской победой (в силу того, что Шёрнер не сумел пройти дальше позиций польских войск и создать серьёзной угрозы наступающей на Берлин группировке), эту победу в лучшем случае можно назвать пирровой. А некоторые польские историки и вовсе характеризуют её как одно из самых горьких поражений в военной истории их страны.

Вот так кратко без конкретики описываются бои за город Баутцен.Мой отец как раз и воевал в этой 16 танковой бригаде и конечно знал подробности этой операции, но теперь мы их уже и не узнаем, за исключением тех кратких боевых сообщений, помещенных на этом сайте.Как написано из бригады от 1300 человек осталось всего 300,т.е. 3/4 бригады погибло в окружении, из трех танковых батальонов остался один.Отец остался жив.Как это получилось, теперь уже никто и не расскажет.Могу только предположить, что выжить ему удалось потому, что при форсировании Нейсе, а оно было 20 апреля, он был ранен и возможно 22 апреля , когда и происходили бои за Баутцен, он находился в лазарете, а не на поле боя.Хотя это всего лишь догадка.Не ясно, остался ли целым первый танковый батальон или потери понесли все батальоны одинаково. Знаю только, что в конце апреля-начале мая происходило переформирование батальона, про которое мне лично рассказал однополчанин отца-Евгений Анкутович.Сам Анкутович в этом и участвовал, агитируя пехотинцев перейти в танкисты.

Wspomnienia pisane glodem

Не имея обратной связи с Евгением Анкутовичем, вынужден наблюдать за его жизнью по страницам интернета. Ему в этом году 15 марта исполнилось 93 года, возраст почтенный и заслуживает уважения. Полковник танковых войск в отставке все еще в строю и даже выступает с докладами перед молодежью. Я очень хотел бы услышать от него его воспоминания о том периоде жизни, когда он находился у нас на севере Томской области в несуществующей теперь деревеньке под названием Осиновка, расположенной на берегу таежной речки Большой Пензер. Недавно поисковик обнаружил книжку , выпущенную в Старгарде Archiwum pamieci swiadkow i swiadectw historii в 2011 году под названиеем Wspomnienia pisane glodem, в ней собраны воспоминания очевидцев того времени. И среди них указан Евгений Анкутович. Интересно, что же он там написал.Попробовал я обратится по адресу, указанному в интернете, чтобы купить эту книгу.Но ответа что-то не получил.А жаль!

Komendant Wojenny Szczecina (1945)

Komendant Wojenny Szczecina (1945) 8 lipca 1945 do Szczecina wkroczyły oddziały 16 Brygady Pancernej[9]. Pierwszym dowódcą polskiego garnizonu (nazywany był też pierwszym polskim komendantem wojennym Szczecina) był Wsiewołod Jakowlewicz Gorczakow[10][11] (mniej prawdopodobne, że mjr Adam Gorczakow[12]). Od 28 kwietnia 1945 był on zastępcą dowódcy ds. liniowych 16 Dnowsko-Łużyckiej Brygady Pancernej, której pododdziały zaczęły wchodzić do Szczecina około 8 lipca 1945[13]. Na podstawie wspomnień Piotra Zaremby przyjmuje się, że pierwsze polskie wojska znalazły się w Szczecinie 8 lipca 1945, i były to pododdziały 16 brygady pancernej[14]. Być może jednak trzon tej wyczerpanej walkami jednostki (po walkach operacji praskiej brygada utraciła ok. 66% stanów i w maju liczyła ok. 400 żołnierzy) znalazł się w Szczecinie dopiero 14 lipca 1945). W Szczecinie brygada odpoczywała i uzupełniała siły (rozkazem z września 1945 miała liczyć ponad 680 żołnierzy „czasu pokoju”) - stała się zaczątkiem polskiego garnizonu w Szczecinie[15]

9. ↑ Białecki, Tadeusz. Pierwsze lata polskiego Szczecina (1949 – 1949). poz. cyt. s. 57.

10.↑ Karbowski, Andrzej. Pierwszy komendant. „Kurier Szczeciński – Kultura”. 5 lipca 2012. s. 2.

11.↑ Wikipedia: mjr Wsiewołod Gorczakow (Гoрчаков). W: 16 Dnowsko-Łużycka Brygada Pancerna. Tu zdjęcia Gorczakowa, czołgisty z października 1942, i z okresu służby w polskiej armii w 1947 roku.

12.↑ ...jak podano m.in. w Encyklopedii Szczecina – patrz: Encyklopedia Szczecina. T.1. Red. Tadeusz Białecki. Szczecin: Uniwersytet Szczeciński, 2000. ISBN 83-87341-45-2. s. 455.

13. ↑ P. Zaremba zanotował 8.07, że wieczorem zjadł obiad z mjr Gorczakowem i jego oficerami „daleko za miastem”. 9 lipca zanotował: Całe przedpołudnie objazd miasta i urzędów z nowym komendantem wojennym, oficerem polskim w rosyjskim mundurze i polską rogatywką. „Książę Gorczakow – major Virtuti Militari, urodzony w Gdańsku z polskiej matki[...]", a w przypisach: Mjr A. Gorczakow, pierwszy polski komendant wojskowy Szczecina. Dobrze mówił po polsku[...]. W: Zaremba, Piotr. Wspomnienia prezydenta Szczecina 1945-1950. Poznań: Wyd. Poznańskie, 1977. s. 67-68